Drop drop down a floor, shoot shoot, outcha mouth, these days are scraped from ceilings

Блин, я так себя ненавижу. С переездом в Голландию я буквально живу, потакая своим слабостям. В смысле, слабостям не в плане guilty pleasures, которые ты время от времени себе позволяешь, а слабостям от "слабое место". Сначала я объясняла это депрессией из-за последствий переезда, но не может же она длиться вот уже больше двух лет. С каждым днём я погружаюсь в неё всё сильнее и разлагаюсь морально и уже даже физически. Скоро всё станет настолько серым, что я совсем перестану замечать красоту вокруг себя. Нет, конечно, у меня постоянно бывают проблески хорошего настроения, когда всё кажется прекрасным и солнечным, но в результате я всё равно проваливаюсь в густой туман. Хотя, возможно, на самом деле причина не во мне, а попросту в угнетающей, бесцветной и неизменной голландской погоде. Серьёзно, я до сих пор не понимаю, как голланды спокойно живут без самоубийств при климате, где тусклая весна с вечными дождями и серым небом длится девять месяцев из двенадцати. Но, в общем, так или иначе мне надо что-то с этим сделать, а я не знаю, что. Быстрее бы уже закончить колледж, поступить в универ, отучиться там первый год, получить гражданство, свалить в Вену, жить самостоятельной жизнью, самостоятельно учиться на ошибках и чувствовать. Хоть бы у меня всё это получилось. Ох, лол.

Вырвать поражение из цепких лап победы

Ну вот, я совсем не знаю, что сказать. Написать что-то очень хочется, но мысли путаются и словно не хотят выходить наружу. В голове всё так ясно, но выразить эту ясность словами почему-то не получается, и это странно, потому что обычно из изложением мыслей у меня проблем не возникает.

Я закончила “Прошу, убей меня” и разрыдалась в конце книги. Потому что практически все панки, настоящие панки, описанные там, уже мертвы, и умерли они вполне молодыми, не дожив до старости. Многие умерли из-за передозировки наркотиками. Вообще, если подумать, получается, что по сути в то время музыки без наркотиков не существовало. Наркотики были стилем жизни, а жизнь была бесконечной тусовкой. Интересно, смогла ли бы я стать её частью, если бы жила в Америке в семидесятых? Мы же так любим вести беседы на тему “Ох, вот если бы я родился тогда-то, то отжигал бы на Вудстоке/тусовался с Джоном Ленноном/моя жизнь была бы гораздо веселее”, но в реальности всё гораздо сложнее. Ты попадаешь в эту тусовку не просто так, ей надо соответствовать и многое отдавать за то, что ты её часть. Так вот, смогла бы я тоже каждую ночь напиваться, ширяться или закидываться с малознакомыми людьми и время от времени трахаться с обдолбанными рок-музыкантами, от которых я фанатею и которые не вспомнят обо мне на следующий день? Потому что тогда, в сущности, всё было именно так. И в результате ты или совсем опускался на дно, или умирал от передоза, или же пытался слезть и потом постепенно возвращался к рутинной скучной жизни (привет, Velvet Goldmine, где Артур Стюарт из тихого подростка превратился в бешеного глэм-рок фаната, а потом смыл блёстки и макияж и стал обычным журналистом, коих тысячи). Наверное, я бы не смогла так себя вести и не тусовалась бы в CBGB или у “Макса”, потому что я слишком трусиха и приличная девочка, да и родители меня бы не отпустили, ха-ха-ха. Хотя это тоже совершенно неизвестно, ведь вдруг во мне бы проснулась оторва и всё такое, времена же были совсем другие, а духа бунтарства во мне хоть отбавляй, хоть это и не очень заметно. Но, в любом случае, книга просто замечательная, информативная и трагичная, потому что punk's  на самом деле dead, и не позволяйте плакатам с надписью “punk's not dead” вводить себя в заблуждение, потому что в течение следующих двадцати лет последние тру панки просто-напросто вымрут, а нынешние панки уже совсем не те (спасибо, капитан Очевидность).

Так же во время прочтения “Прошу, убей меня” со мной случилась самая предсказуемая во вселенной вещь: я угорела по Игги Попу (здесь должно быть много смайликов-скобочек со случайными ноликами между ними в качестве показателя сарказма). Предсказуемая, потому что к этому я очень медленно, но упорно шла с лета 2011 года, когда через Лёшу со мной случайно познакомился некий чувак Артём, который тогда (и даже, возможно, сейчас) угорал по панк-рок-культуре и группам, в частности по The Stooges, The Velvet Underground, Television и Sonic Rendezvous Band. На тот момент особенно по Игги и Stooges. Ну, и, короче, чуть ли не в первый час нашего знакомства он порекомендовал мне почитать “Прошу, убей меня” и послушать The Stooges. Мне тогда было всего пятнадцать лет, а ему, кажется, девятнадцать?, и я не очень серьёзно отнеслась к его рекомендациям, потому что наивно считала, что панк-рок — это чокнутые, обдолбанные и грязные чуваки с ирокезами, которые слушают The Offspring и Green Day и постоянно напиваются (ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха), так что из The Stooges я просто скачала только I Wanna Be Your Dog, потому что её первой выдал гугл, а “Прошу, убей меня” так и не начала, и все эти годы она спокойно хранилась у меня на жёстком диске и мирно кочевала с одного ноута на другой, если мне приходилось их менять. В мою защиту надо сказать, что I Wanna Be Your Dog я в то лето заслушала до дыр и в результате через год даже скачала всю дискографию The Stooges, но так до неё и не добралась. А потом в конце этого лета я уехала в Голландию, так и не встретилась с Артёмом, хотя он очень этого хотел (а я нет, потому что тряслась из-за того, что я маленькая тупенькая девочка, а он клёвый чувак, который слушает серьёзную музыку и даже играет в Настоящей Группе™ на басу), и со временем мы перестали переписываться, а потом он вообще выкосил меня из своего френд-листа. Но The Stooges и “Прошу, убей меня” так и остались со мной, так что, спасибо, Артём, что поспособствовал моему продвижению в сторону фанюченья по Игги, ха-ха-ха. А потом, этой осенью, я совершенно случайно наткнулась на Velvet Goldmine (на сей раз спасибо тамблеру и гифкам с Юэном МакГрегором, где он скачет на сцене с голым торсом, обсыпает себя блёстками, а потом снимает обтягивающие кожаные штаны и, эээ, наступает naked sexy time), посмотрела его, угорела по Курту Уайлду (ХАХАХАХАХА, КАК ПРЕДСКАЗУЕМО), прочитала в Википедии, что прототипами Брайана Слейда и Курта были Боуи и Игги Поп (ну, насчёт Боуи я сразу догадалась, но Игги же совсем прошёл мимо меня, так что это было похоже на дежавю), пересмотрела Velvet Goldmine ещё раз эдок двадцать, заслушала саундтрек, особенно Gimme Danger и TV Eye в исполнении МакГрегора, собралась заценить The Stooges, но потом всё снова как-то не сложилось. И вот, 27 января мне вдруг захотелось почитать что-нибудь новенькое, поэтому я решила порыться в книгах на моём ноуте и наткнулась на (угадайте, что?), правильно, “Прошу, убей меня”. И после глав про Игги меня понесло. Хотя это было совершенно предсказуемо, ведь Игги худой чувак с большими невинными синими глазами и длинными нижними ресницами и низким голосом, а ещё он ходит с голым торсом и в коже и обмазывается серебристыми блёстками. Это было предопределено судьбой, ха. There's no other way. Ну, и, в сущности, это длинная бессмысленная история была только о том, чтобы сказать, что, да, я угорела по Игги Попу. Жаль только, что все мои друзья и знакомые или его не знают, или относятся к нему совершенно спокойно, так что мне совсем не с кем пофангёрлить. Такие вот дела.

Ну, и, в общем-то, на этом как-то всё. Я думала, что напишу о чём-то возвышенно-философском, потому что предполагала, что на почве “Прошу, убей меня” меня унесёт в глубокие размышления, но этого не случилось, и я как обычно скатилась к жизнеописанию и поверхностному самоанализу. А, хотя нет, это ещё не всё. На этой неделе я нарисовала пигментной ручкой целых две чёрно-белых картинки, вдохновлённых текстом Of Moons, Birds And Monsters MGMT (wow such достижение). Не знаю, почему меня пробило на рисование луны-циклопа с щупальцами, такое чувство, что это полная Футурама, ибо “Зверь с миллиардом спин”, но, в общем, вот. Зато её можно называть moonster, типа moon + monster. Whatever. Полноценными рисунками эти две картины всё равно назвать нельзя, потому что это, скорее, просто какие-то левые порисуйки, но я всё равно очень рада и горжусь собой, что закончила их и потихоньку начала выходить из арт-блока. Фоточки на плохонькую телефонную камеру, обработанные в плохоньком телефонном приложении, прилагаются. И очень надеюсь, что за этими рисуйками последует что-то более серьёзное, потому что я уже с сентября нормально не рисовала и ужасно по этому соскучилась. Не знаю, какое заключительное предложение тут написать, поэтому просто пока, goodnight, travel well и live forever LG.

"I'm always home. I'm uncool."

Сегодня утром я гуглила список людей, умерших 1 февраля 2014 года, потому что Крис писала грустные твиты про смерть и я подумала, что, возможно, умер кто-то из её любимих селебритиз, о которых я ничего не знаю. А сейчас выяснилось, что этим самым утром умер Филип Сеймур Хоффман.
Я люблю Филипа. Его Лестер Бэнгс из "Почти знаменит" и Граф из "Рок-волны" - одни из моих любимых киноперсонажей. И вообще он клёвый чувак. То есть, был. В любом случае, это слишком неожиданно и, да, Филип, ты был слишком молод, чтобы умирать. Хотя по законам рок-н-ролла обычно всё случается как раз наоборот.

Чем дальше я читаю "Прошу, убей меня", тем сильнее осознаю, что от передозировки наркотиками за всю мою жизнь умрёт ещё как минимум пять людей, которыми я искренне восхищаюсь. Какая глупая для них и жестокая для нас смерть. Жизнь просто берёт и вдруг вот так внезапно заканчивается. И никто этого не ожидает: ни ты, ни они.

Кажется, я очень им завидую.